Путевой сигарно-гастрономический очерк, 2021
Вот и пришёл он, завершающий фееричную неделю в Гаване день в моём последнем путешествии на Кубу (надеюсь, не последнем вообще!). Как его провести? Когда все дела за эти сумасшедшие дни переделаны, все встречи состоялись, лекции прослушаны, отгремели пышные торжества и представительные ивенты… Все вещи упакованы, включая «легендарный» яркий платок, который выглядит по-местному живописно, если им обвязать голову, что я всегда и делаю на Кубе, особенно когда посещаю сигарные фабрики. Дабы «слиться» с улыбчивыми работницами, коих там добрая половина, если не больше, чем мужчин, – от чтеца газет и книг вслух перед цехом торседоров (бережно хранимая традиция) – до дегустаторов, менеджеров, правления. Особенно на El Laguito. Когда-то женщинами этой без преувеличения легендарной фабрики, с их особо тонким вкусовым аппаратом и бережным отношением к фазам мастерства, была создана любимая сигара Фиделя Кастро.
Чемодан до отказа набит разнообразными сигарами, да и бутылка хорошего рома там же – будет оттягивать руки в дороге.
Всё сказано… Как будто последнее свидание уже после формального прощания, когда всё понятно – вместе не быть. Как последние объятия. Уже обречённое и грустное, но всё же есть ещё одно, такое желанное свидание!.. Всегдашняя дилемма: как провести последний день. Необъятного не объять, решила просто примитивно полежать под карибским солнцем. Ведь это солнце – тоже большая ценность для моей куболюбивой субстанции. Самое начало марта, везде ещё холод. Куда ж я от тебя, Гавана… Какое-то сиротливое чувство всегда нападает на меня перед отъездом отсюда, как и, уверена, на других.
Позавтракала. Спокойно расположилась на свободном шезлонге. Заказала продырявленный кокос с трубочкой. Сплавать в океане уже не успею. К тем пляжам, где можно плавать, надо брать машину, столько времени нет. Смогла два раза выбраться за неделю, так что с океаном поздоровалась. Поэтому проплыву в бассейне у отеля да полежу – впитаю последнее тепло. А главное – надо как-то порешать с папайей.
Сейчас объясню. Никогда до моей самой первой поездки на Кубу я папайю не любила, не привлекал её своеобразный легкий запашок. Но именно та поездка, лет эдак за восемь до описываемого прощального дня, была настолько чудесной, увлекательной и одновременно гладкой без сучка без задоринки, что, видимо, и папайю я решила попробовать, будучи в столь добром настрое, открытом всему новому в этом удивительном городе и в волшебном для меня, новенькой, мире сигар.
Тогда, много лет назад, отель у меня был по первому разряду, но более унифицирован и безлик по сравнению с культовым великолепным «Насьоналем» (который я и оккупировала в последующие годы), зато чист и современен, с прекрасным сервисом, отличной едой и техническими возможностями. Да и номер мне выдали самый лучший — с огромной террасой, такого ни у кого из коллег не было.
Когда папайю вынесли на мой первый завтрак, среди прочих экзотических и привычных фруктов, – я решительно положила себе несколько полупрозрачных, горящих изнутри розовато-оранжевым огнём, долек. Я была так рада и открыта всему «местному»! Да, и новым органолептическим впечатлениям! И каким же эта папайя оказалась наслаждением… У неё не было того запаха, который имеют фрукты, привезённые в наши северные края. Она была настолько спелой, снятой, видимо, с пальмы этим утром, что пахла только свежестью. И ещё немного – чем-то таким авантюристичным (в моей фантазии, видимо), запахом эдакого комфортабельно-премиального «бродяжничества». Коим я занималась в те годы. Сама моя природа в том периоде и в том состоянии танцевала и пела в унисон с этими местами, запахами, вкусами, ароматами сигар, улыбками добрейших местных, довольными лицами удивительных «сигарников» со всего мира, как и я, – переполненных адреналином и «отрывающихся» от всего происходящего в этом сигарно-музыкальном раю.
С тех пор я только и ждала первого завтрака по каждому прилёту в Гавану, в любом отеле, чтоб поскорей накинуться на местный фрукт. Надо сказать, не везде она столь хороша, как была моя первая (хотя это уже придирки), и не во всех отелях, как оказалось, папайя всегда в наличии. Хотя деревья со свисающими, спелыми оранжевыми бомбочками окружают каждый отель. Но, видимо, организация соцтруда не всегда соединяет воедино эти простые факторы: наличие фруктов прямо над головой – и возможность собрать их и предоставить гостям.
Итак, последний день с любимой Гаваной. Я заранее твёрдо решила во что бы то ни стало привезти домой кубинскую папайю. Подумала: возможно, на завтрак вынесут, тут я и попрошу продать мне прямо целую. На завтрак папайю не вынесли. Вот закон подлости! Тогда сообразила: поплаваю, а затем пойду прямиком на кухню отеля. Буду просить срубить мне (заплачу за это!) одну из свисающих над головой оранжевокорых папай. Запихну в свой здоровый чемодан между вещей и полечу. Кто мне что скажет?
Спустившись, нашла пару добрых женщин за стойкой дневного бара. Попросила принести мне целую, неразрезанную папайю. Принесли. Но с сожалениями: она была уже последней, это всё, что они могли мне предложить сегодня – целая, но чуть надтреснута, и с чуть размягченным концом… Видимо, слишком сильно ударилась о землю при падении. Эта папайя, коллегиально решили мы с кубинками, не доедет столь длительное путешествие, – три перелёта: через Амстердам в Берлин, а оттуда – в Лондон. Немного взгрустнув, я подумала: и всё равно не сдамся! Бескомпромиссно определилась: «что не съем, то понадкусываю!»
Попросила найти мне какую-либо большую упаковку. Мне принесли плохо закрывающуюся, но очень крупную двухстворчатую бургерную ванночку из полистирола, на гигантский американский бургер (америкацы-то рядом, на Кубу снуют нескончаемым потоком). И по моей просьбе сполоснули и аккуратно перерезали весь мой фрукт, который даже в эту тару полностью не помещался.
Да, я съела всю эту папайю. А была она круглая и большая, таких в наших магазинах нет. Со скромного размера арбуз. Даже боялась, что наемся «навсегда», знаете, такое бывает, когда чего-то переешь. Но, на радость всем кубинским папайям, этого не произошло. Начала расправляться с ней прямо в такси. Продолжила в лаунже. Остатки доела в самолете прямо перед вылетом. И в неподвижном состоянии, но в удовлетворённом от выполненной задачи духе взлетела в лайнере над Атлантикой.
Теперь папайя для меня уже почти что-то родное. Проходя мимо полок супермаркета, я ей подмигиваю, когда вижу её в зеленом, несчастном виде (неуспевшие вызреть фрукты часто выдают за сорт), и веселею, чувствуя прилив тёплых эмоций от воспоминаний о моей Кубе.
Виктория Радугина © 2021
Leave A Comment